Skip to content

Зачем Украине войска на границе с Румынией?

24.01.2012 Вторник

Дмитрий  ТЫМЧУК

Под занавес уходящего 2011 года министр обороны Украины Михаил Ежель заявил, что в Болграде Одесской области вновь будет создано воинское соединение постоянной готовности.

«Когда из Болграда ушли военные, все существующие там объекты оказались никому не нужны. Они были брошены на произвол судьбы. Сегодня мы работаем над тем, чтобы создать в этом регионе соответствующую военную инфраструктуру», — сказал глава оборонного ведомства. Он напомнил, что в результате «принятия в свое время поспешных не взвешенных решений в Болграде была уничтожена мощная военная инфраструктура». «Сегодня мы туда возвращаемся», — подчеркнул министр. «Мы это сделаем. Болграду военным быть!» – заверил Ежель.

С одной стороны, решение может выглядеть странным. Ведь, согласно утвержденным планам сокращения украинской армии в наступившем году, Вооруженные силы Украины на 31 декабря 2012 года будут сокращены до 184 тысяч человек, в том числе до 139 тысяч военнослужащих,  т.е. общая численность армии в течение этого года уменьшится на 8 тысяч человек, в том числе на 5 тысяч военнослужащих. Казалось бы, куда уж создавать новые соединения, если некогда почти миллионная армия и так сократилась до микроскопических размеров.
С другой стороны, Болград, где собираются создавать «воинское соединение постоянной готовности» (речь идет, насколько известно, о механизированной бригаде), – это фактически прикрытие границы с Румынией. В то же время сегодня приграничные районы Украины (прежде всего, на юго-западном и южном направлении) войск практически не содержат, воздушное пространство страны прикрыто войсками ПВО фрагментарно, оголены стратегические направления. В частности, наземные части близ границы с Румынией практически отсутствуют, за очень редким исключением в Черновицкой области.
Здесь стоит отметить, что, хотя в последнее время озвучиваемые ранее прямые территориальные претензии к Украине от высшего румынского политического руководства несколько приутихли, формально они все равно остаются в контексте тщательно лелеемой Бухарестом идеи Великой Румынии.
Стоит вкратце вспомнить и предысторию развивающихся сегодня событий. Как известно, в 1993 году МИД Румынии направил Киеву ноту, которой объявил неправомерным Договор о режиме советско-румынской государственной границы от 1967 года, а затем, в 1994 году, Бухарест денонсировал этот договор. С тех пор де-факто Румыния не признает послевоенного раздела Европы, претендуя в том числе и на украинские территории. Правда, в 2003 году Украина подписала с Румынией базовый договор о режиме украинско-румынской государственной границы, сотрудничестве и взаимопомощи по пограничным вопросам, которым подтверждена линия государственной границы, определенная в 1961 году. Это открыло Румынии дорогу в НАТО и ЕС. Но договор подписан на 10 лет, срок его действия истекает в 2013 году. Он предусматривает право последующей пролонгации документа каждые 5 лет. Однако уже в 2010 году украинцы услышали от высшего руководства Румынии заявления, прямо противоречащие содержанию этого договора, в частности о том, что Северная Буковина и Бессарабия в конечном итоге вернутся в состав Румынии. А в 2011 году отмечались, например, случаи расклеивания в населенных пунктах в этих регионах листовок с надписями: «Здесь Румыния!»
Остаются вопросы и вокруг разработки шельфа Черного моря близ острова Змеиный. Как известно, в 2009 году Международный суд ООН вынес заключение, что остров Змеиный не может считаться частью прибрежной линии Украины при определении срединной линии при делимитации континентального шельфа и исключительной экономической зоны.
Таким образом, румынской стороне отошло 79,34% спорных территорий в Черном море (кстати, эксперты прогнозировали, как результат этой ситуации, выигрыш Румынией конфликта вокруг судоходства по Дунаю, а также усиление румынских интересов в Черновицкой и Одесской областях). Добавим, что на данный момент в украинской акватории Черного моря выявлено 109 перспективных месторождений энергоносителей, общие запасы которых оцениваются в более чем 1,5 млрд. тонн условного топлива. В то же время Румынии досталась часть шельфа, где разработку месторождений необходимо проводить на значительной глубине, что резко удорожает работы. Не исключено, что в ходе таких работ румынская сторона «заходит» на украинскую территорию, где и проводит дальнейшую разработку месторождений. Этот сценарий в конечном итоге приводит к силовому противостоянию двух стран.
Остается открытым и территориальный спор вокруг принадлежности пяти островов (в первую очередь — островов Майкан и Лимба) на реке Дунай. На данное время строительные работы на Георгиевском канале (Румыния) изменили фарватер Дуная, что сделало возможным судоходство между островом Майкан и украинским берегом (ранее этот путь проходил с румынской стороны). На этом основании Румыния предлагает сдвинуть госграницу к украинской территории. Ситуация усугубляется жесткой конкуренцией между украинским глубоководным судовым ходом (ГСХ) «Дунай – Черное море» и румынским Сулинским каналом. Фактически украинский проект отобрал у Румынии около 70% финансовой прибыли, которую она ранее получала от прохода транспортных речных судов через румынские протоки Дуная.
Вместе с различными жалобами на Украину в международные организации (например, в Комитет по имплементации Конвенции оценки влияния на природную среду в трансграничном контексте ЭЕК ООН [Еспоо]) румынская сторона на протяжении последнего времени допускает прямые агрессивные действия. Например, румынский плавучий экскаватор вдруг вторгается в украинские территориальные воды, высыпая ковш песка на подходах к украинскому каналу.
Таким образом, сценарии военного противостояния Украины и Румынии не так уж виртуальны. В то же время рассматриваемые, в частности, интернет-сообществом возможные боевые действия в Черном море с участием ВМС двух стран едва ли реальны. И вот почему. Существенная часть надводных сил и командование ВМС ВС Украины дислоцированы в Севастополе. Это означает, что румыны при попытке их уничтожить неминуемо нанесут удар «заодно» и по дислоцируемому здесь же Черноморскому флоту Российской Федерации, втянув в конфликт Россию и сделав его, таким образом, бесперспективным для Румынии.
Для Бухареста с военно-политической точки зрения куда логичнее проводить сухопутную операцию. Поэтому вполне оправданно дислоцирование частей Сухопутных войск ВС Украины близ границы с Румынией, что имеет для Киева весьма важное значение. Именно в этом регионе сегодня, как мы отмечали ранее, у Украины серьезные проблемы с румынской стороной.
В то же время при моделировании ситуации киевским Центром военно-политических исследований предполагается следующий комплект румынских войск в случае агрессии (указаны старые наименования): 1-я механизированная бригада «Argedava», 2-я пехотная оперативная бригада «Rovine», отдельные артиллерийские дивизионы и отдельный разведывательный батальон, 53-й смешанный зенитно-ракетный полк «Trophaeum Traiani» при поддержке ВВС.
Сила, прямо скажем, далеко не грозная. Но с украинской стороны, в непосредственной близости к границе с Румынией, расположена в Одесской области механизированная бригада 6-го армейского корпуса, в Черновицкой области — отдельный механизированный полк 13-го армейского корпуса. Из остальных частей в составе 6-го АК — разве что воздушно-десантные подразделения в Николаеве, которые можно оперативно перебросить к румынской границе, но которые являются, как известно, чисто наступательным инструментом. И если в Черновицкую область можно оперативно перебросить части 13-го АК (хотя насколько это сработает в реальности – еще большой вопрос, да и в составе всего корпуса – только две механизированные и одна артиллерийская бригада, разбросанные по региону), то в Одесской области ситуация для Украины с началом агрессии сложится просто катастрофическая. При этом стоит учесть, что румынские части – это отборные контрактники, знающие о боевой подготовке уж никак не понаслышке, тогда как боеготовность украинских войск определенно желает быть лучшей.
Здесь стоит вспомнить слова нынешнего начальника Генштаба ВС Украины генерал-полковника Григория Педченко, сказанные три года назад. Отметим, что этот генерал отлично осведомлен о ситуации в регионе, поскольку командовал войсками Южного оперативного командования в 2003-2005 годах. Он, в частности, заметил, что в настоящее время по всему южному направлению от Измаила до Одессы нет ни одной боевой воинской части. То есть вторжение румынских войск через Дунай, при поддержке румынской Дунайской флотилии, в Одесскую область (даже в ситуации, когда Молдова не входит в состав Румынии) — дело не такое сложное. И хотя оперативного простора на линии Рени-Измаил-Вилково с дальнейшим выходом на Болград и далее на Арциз не так много, в условиях отсутствия сопротивления это едва ли имеет серьезное значение.
Именно поэтому, расформировав при президенте Кучме в 2003 году дислоцированную в Болграде 1-ю воздушно-десантную дивизию, Украина очень скоро заговорила о восстановлении здесь воинских частей. Парадоксально, но на этом настаивали (и настаивают сегодня) местные гражданские власти, а не Генштаб или командование Сухопутных войск. Так, еще в 2008 году министр обороны Украины Юрий Ехануров заявил, что военное ведомство рассматривает вопрос восстановления воинской части в городе Болграде Одесской области. По словам Еханурова, с этой просьбой к нему обращались власти города еще в 2006 году, а спустя два года, не дождавшись реакции, Одесский областной совет обратился к руководству Министерства обороны с просьбой ускорить рассмотрение этого вопроса. Вопрос возможности восстановления дислокации соединения в Одесской области Министерство обороны Украины и Одесская областная администрация обсуждали с приходом к управлению страной нынешней власти, уже весной 2010 года. Однако, как и при Еханурове, сейчас опять слышны заверения, но не наблюдается конкретных действий.
Остается добавить, что в деле формирования соединения в Болграде до сих пор имеется ряд нерешенных организационных вопросов. В Генштабе обсуждался вопрос дислокации здесь механизированной бригады, тогда как на политическом уровне говорилось о воздушно-десантном соединении. Десантники – это, конечно, здорово и для самого города весьма престижно, но если мы говорим об обороне, то нахождение здесь механизированных частей выглядят куда более логичным. Какие именно войска появятся в Болграде (если появятся вообще) – вопрос открытый.
Во-вторых, даже на начальном этапе формирования новой бригады в этом году остается неясным, в какие сроки она сможет довести боевую готовность до приемлемого уровня? Впрочем, этот вопрос на фоне устаревших вооружений и военной техники, низкого уровня боевой подготовки личного состава актуален в масштабе всех Вооруженных Сил страны.

И наконец, последнее. Само по себе решение о формировании новой бригады в Одесской области имеет больше политический и психологический (в плане давления на Румынию с ее непомерными амбициями), нежели военный смысл. В условиях, когда Вооруженные Силы не могут прикрыть силами ПВО всю территорию Украины, в том числе юго-западный регион, одна бригада Сухопутных войск, будь то механизированная или воздушно-десантная (кстати, в украинской армии части аэромобильных войск не имеют собственной авиации), не решает проблемы защиты территории страны с румынского направления. Значит, данный вопрос можно решать только в комплексе – с реформированием Вооруженных Сил, оснащением их современными вооружениями и наращиванием объемов боевой подготовки. А также – с пересмотром мест дислокации войск на основе серьезного анализа и учета возможных военных угроз.

Источник

Реклама
No comments yet

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: